July 31st, 2016

дверь door

Фазиль Искандер "Кролики и удавы"

Чудом подземного дворца считалась комната находок. Сюда приносили всякие интересные предметы, найденные в испражнениях удавов. Поэтому у удавов была привычка внимательно всматриваться в собственные испражнения. Кроме того, в царстве удавов был закон, по которому удавы, обработавшие туземцев, в обязательном порядке должны были сдавать не поддающиеся обработке украшения и оружие.

Дело в том, что удавы старались поддерживать с туземцами хорошие отношения. Каждый случай заглота удавом туземца, если родственники или близкие о нем узнавали, официально обсуждался Великим Питоном. Было замечено, что, когда такого рода выбросы обработанного туземца возвратить родственнику с выражением соболезнования, он остается очень доволен и быстро успокаивается.

Кстати сказать, рядовые удавы никогда до конца не могли понять, одобряет Великий Питон обработку туземцев или нет. То есть они понимали, что в глубине души (которая находилась в глубине желудка) он всегда одобряет ее, но из высших интересов всего племени иногда может и осудить, причем самым жестоким образом. Но с другой стороны, туземцы, вечно занятые междоусобными сварами, нередко тайно прибегали к помощи удавов, чтобы расправиться с каким-нибудь из своих врагов.
дверь door

Конечная станция, или четыре способа испортить книгу

Бывает, читаешь книгу, читаешь, даже с некоторым удовольствием… И вот дочитываешь до последней главы, до эпилога, и вдруг думаешь «ну какая же гадость, зачем потратил время». Такое бывает у многих авторов, но в фантастике встречается чаще, чем в мейнстриме – специфика жанра, что поделаешь… Итак, повторяйте за мной, и читатели от вас побегут.

1. «Зазвенел будильник, и она проснулась в луже блевотины.» Самое мерзкое, что может сделать писатель в конце книги – сказать читателю, что всё было понарошку. И история, которую он рассказывал, на самом деле происходила во сне, в кислотном трипе или в виртуальной реальности. То есть, читатель переживал за героев, которых не существует! Не было ни риска, ни самопожертвования, ни любви - ничего. Нет, такое не прощается.

2. «И тут он снял маску и зловеще захохотал.» Часто писатель не может устоять перед искушением сделать одного из главных героев предателем. Мол, всю книгу он притворялся белым и пушистым, и только в последний момент он снял маску и… Ну вы поняли, да? А читатель думает: а почему этот самый предатель не прирезал остальных героев ещё в первой главе, зачем так долго терпел? И весь более-менее стройный сюжет прочитанной книги разваливается, превращаясь в набор невнятных эпизодов.

3. «Она поняла, что в жизни всё не так, как на самом деле.» А вот ещё одно искушение писателя – в конце книги открыть читателю глаза. «Глупый читатель, ты поверил, что эльфы хорошие? Так я тебя обрадую…» К сожалению, такие попытки редко бывают удачными – ведь автору надо было писать всю книгу в рамках этого допущения, а не лениво добавить пару фраз в эпилог. А автор не смог, не сумел. И вот у читателя, которому открыли глаза, возникает желание их закрыть. И больше этого автора не видеть.

4. «Они жили долго и счастливо и умерли в один день. От землетрясения.» Эту ошибку сложно идентифицировать, но легко почувствовать в книге. Допустим, автору для сюжета нужно избавиться от героев – казнить, погубить в бою, зарезать во сне. Это нормально. Ещё бывает, когда автору для сюжета нужно божественное вмешательство: землетрясение, пришествие инопланетян, стрелы Тора – словом, «Бог-из-Машины». Это тоже нормально. Но вот когда автор пытается решить одну проблему с помощью другой – получается фальшиво. Когда герой гибнет от непреодолимой силы в конце книги, то у читателя возникает ощущение, что его надули.