January 27th, 2012

дверь door

Владислав Силин "Как все"

Стрелы старшего и среднего братьев ушли в воздух. Младший приготовился стрелять, но тут на его плечо легла рука.
– Сын мой, – сказал царь. – Я хочу поговорить с тобой как со взрослым человеком.
Царевич опустил лук.
– Я знаю, что ты задумал. Не подумай, что я осуждаю тебя, – в твои годы я был точно таким же. Я обожал драться с чудовищами и спасать девиц. Мне было несложно истоптать три пары железных сапог, чтобы покарать злодея где-нибудь на краю земли. Но я повзрослел. Я понял, что есть долг перед семьёй и перед своей страной. Мне сложно говорить об этом... Но пойми: пора повзрослеть и тебе. Хватит детских игр. Женитьба – не приключение. Жизнь – не сахар с мёдом. Прошу тебя: хоть раз в жизни поступи, как все нормальные люди!
Прозвучало это убедительно. Иван-царевич застыдился и не стал стрелять в сторону болота. А поскольку ему было всё равно, он пустил стрелу на купеческий двор – как средний брат.

Вечером того же дня царь и средний брат стояли на крепостной стене, наблюдая, как Иван-царевич собирается в дорогу.
– Скажи, – царь говорил почти робко, словно надеясь что-то изменить в происходящем кошмаре, – как же так вышло? Ты должен знать это семейство. Ты женишься на старшей дочери и...
– Стрелу подобрала младшая. Потом она исчезла, и никто не знает, где её искать. Я
думаю, дело в цветке. Красном волшебном цветке, который отец привёз ей из-за моря. Умеют же люди влезать в такие дела...

Царь кивнул. Поступать как все – не бог весть какая мудрость, подумалось ему. Да, спокойней. Да, понятней. Точно знаешь, куда летят твои стрелы, и как поведёт себя та, что их подберёт.
Вот только если стоит выбор: предать себя или весь остальной мир, себя предавать нельзя ни в каком случае.

http://vorath.livejournal.com/123899.html
dog

Встретились два одиночества

Существует такой дописатель Толкиена, борец с Путиным и миссионер атеизма Кирилл Еськов. Как-то раньше не попадались его книги. А тут, ВНЕЗАПНО, обнаружилось, что Еськов на полном серьёзе цитирует в своей книге труды Григория Климова. Для тех, кто незнаком с вопросом: Климов - бывший офицер НКВД, который сбежал на Запад. После того, как жена ушла от него к еврею (это не клубничка, а цитата из его автобиографии), он сдвинулся настолько, что стал махровым бойцом с сионизмом, чем и занимался до самой смерти. Короче, цитировать текст Климова в исторической книге - всё равно, что цитировать выступление Аркадия Райкина на экономическом форуме в Давосе.

У Господа удивительное чувство юмора, особенно по отношению к атеистам.